Опасно ли работать в тубдиспансере


На платформе появляется очень много статей, в которых авторы критикуют  медицину, врачей и рассказывают о случаях, происходящих в мед учреждениях.  Я же наоборот хотел бы заступиться за людей, работающих в этой непростой сфере. Я человек пристрастный.  У меня замечательная мама-врач с огромным стажем, которая работает с одной из самых сложных сфер – фтизиатрии. Фтизиатры – врачи, занимающиеся лечение туберкулеза.

Многие, услышав название этой болезни, начинают представлять страшные вещи. И отчасти они будут правы. Еще в 19 веке такой диагноз звучал как смертный приговор. Болезнь разрушала легкие, и человек медленно сгорал. Сейчас туберкулез, выявленный на ранних стадиях, хорошо лечится, но лечение  сложное и длительное. Средний срок лечения составляет полгода в стационаре. Туберкулез – социально опасная болезнь, так как передается воздушно-капельным путем, и такой больной является потенциально опасным как для своей семьи, так и для всех окружающих. Поэтому, при обнаружении туберкулеза у человека, врачи проверяют всех «контактных»  людей на наличие данного заболевания.  Лечение является принудительным.


Симптомы туберкулеза:  слабость, быстрая утомляемость, периодически подъем температуры до 37,0-37,2 градусов, ночная потливость, бледность, нездоровый румянец (следствие температуры), резкое похудение. Это начальные симптомы. Дальше появляются специфические признаки – сухой кашель, который переходит в мокрый, выделяется мокрота, при запущенных формах появляется кашель с кровавыми выделениями.

Туберкулез называют социальной болезнью, так как риск заболеть сильно зависит от условий жизни человека – его жилищных условий, питания, работы, вредных привычек и, не смотря на то, что заболеть может каждый, основной контингент больных в тубдиспансере это – лица без определенного места жительства, заключенные, алкоголики, люди имеющие хронические заболевания.

Взглянув на этот список, не трудно представить с кем приходится работать врачам противотуберкулезного диспансера.  И более того, многие даже и представить не могут, с чем, порой, приходится сталкиваться врачам и чем приходится заниматься.

Опасно ли работать в тубдиспансере

Все отлично представляют условия содержания заключенных в казахстанских тюрьмах.  Заболев туберкулезом, заключенного определяют на лечение в противотуберкулезный диспансер. Теперь давайте взглянем на само здание диспансера.  Так как лечение такого социально-опасного заболевания является принудительным, здания должны быть соответственно оборудованы.


реждение должно иметь двухметровый забор и контрольно-пропускной пункт.  Не всех больных волнует безопасность окружающих, многим не хочется полгода провести в закрытом заведении.  Вот и бегут больные кто куда.  Заключенные или  просто те, кому надоело лечиться.  Вы удивитесь, но отловом сбежавших больных в тубдиспансерах занимаются врачи. При этом, тубдиспансер это не психбольница, где есть санитары. Занимаются этим как раз хрупкие женщины-врачи и их медсестры. Описываю на примере, как это обычно происходит.

Из туберкулезного санатория сбегает больная. Из санатория поступает звонок в тубдиспансер к участковому врачу. Этот участковый врач и его медсестра берут водителя и едут по месту прописки «ловить» больную. Стучат в дом. Дверь открывает мать сбежавшей. Плачет и говорит: «Она в пристройке, заберите ее! Сил больше нет терпеть ее пьянство!» И вот пожилая женщина-врач и медсестра среднего возраста с водителем идут в пристройку. Находят там больную. Держа за руки, выводят и садят в машину. Привозят в тубдиспансер. Заводят в кабинет и закрывают на ключ, чтобы не сбежала. Сами идут звонить в санаторий, сказать, что больная поймана, присылайте машину.  Теперь встает вопрос: «Кто должен ловить сбежавшего больного?»  Ответ: «Если это зек, то подключается полиция,  а вот если это не зек, то — врач, того участка, к которому прикреплен больной. Если больной не проживает там, где прописан, то врачи как сыщики расспрашивают соседей, звонят родственникам. И будет хорошо, если больной согласится добровольно пойти с врачами. Если больной не хочет, то тут уж врачам приходится «выкручиваться» по-другому, но об этом я писать не буду. Вывод: госпитализация вроде бы принудительная, а принудительного лечения нет. И нет специализированных учреждений закрытого типа, куда должны помещаться  больные туберкулезом.


Наш народ такой, что пока совсем худо не станет или пока от боли на стенку лезть не захочется , то к врачу обращаться не хотят.  В случае с туберкулезом последствия могут оказаться плачевными.

Вот другой случай из десятка подобных.  Из района привозят больного престарелого мужчину. И, если, в городе со школьников, студентов и служащих постоянно требуют с флюорографию, то в районах, зачастую, люди сами не заинтересованы в медосмотрах. У мужчины появился кашель с кровью и только тогда он обратился к терапевту, а терапевт направил его в тубдиспансер.  Врачи делают снимок легких. На снимке видно, что легких то почти нет, да и спасать уже толком нечего. Что остается делать в таких случаях врачам? Они ложат больного в тубдиспансер, назначают препараты. Родственников в таких случая предупреждают  о том, что человек долго не проживет. Но не все готовы смириться с правдой. Есть люди, которые после смерти таких больных не могут осознать свою ответственность за равнодушное и безалаберное отношение к здоровью своего родственника. Пишут жалобы в акимат, министерство или даже заявления в суд. Почему врачи не выполнили свою работу? Очень грустно, но ведь, человека можно было спасти, обратись они к врачу раньше на несколько месяцев. Врачи же получают дополнительные проблемы к своей и так сложной работе. Вопрос: «Кто ответственен за смерть человека?» — Врач или сам больной, который запустил свой туберкулез?


В тубдиспансере происходят и другие возмутительные случаи. Ночное дежурство. В отделении остается 1 врач, чтобы следить за состоянием больных, и которой, при необходимости, должен оказать медицинскую помощь тяжелым больным. Утром обнаруживается, что кто-то (очевидно, кто-то из больных) разбил стекло входной двери. Вопрос: «Кто должен понести за это ответственность и оплатить ремонт?». Вы удивитесь, но администрация противотуберкулезного диспансера заставила дежурного врача оплатить установку новой двери. Камеры наблюдения на входе нет. Кто разбил не известно. Вы спросите, почему не вызвали участкового, не разобрались? Ответ: Врачу легче самому оплатить замену двери, чем вызвать гнев начальства и рискнуть рабочим местом.

Кроме того, в тубдиспансере нередки пьянки больных, которым по веревке родственники через окна в пакетах передают алкоголь, были нападения этих же пьяных больных на врачей во время ночных дежурств. Был один случай, когда больной сорвался с четвертого этажа при попытке побега через окно и разбился насмерть.

Как-то раз я спросил маму, почему она выбрала именно фтизиатрию. На что она мне ответила:«Молодая была, наивная. Тогда было советское время, я хотела людям помогать. Хотела быть ближе к больным. А сейчас жалею.  Администрации наплевать на условия нашей работы. Врачей не хватает. Зачастую, один врач выполняет двойную или тройную работу.  Во всех происшествиях крайним становится врач».


Никому не желаю столкнуться с туберкулезом. Просто хочу, чтобы люди, приходящие на прием не только к фтизиатру, но и к любому врачу были вежливы и уважали сидящего перед ними человека. Уважали хотя бы за то, что эти люди выбрали своей профессией помощь людям, потратили 11 лет своей жизни на то, чтобы обучиться этой профессии, а сейчас работают за смешную зарплату.

Напоследок хочу сказать, что ваше здоровье – это ваше здоровье, и первый, кто несет ответственность за него это — вы сами. Будьте внимательные к себе и к своим родным.  Вовремя обращайтесь к врачам, следуйте их предписаниям, относитесь к ним с уважением, ведь, врач это – тот, от кого, порой, зависит ваша жизнь и благополучие.

 

Источник: yvision.kz

Я ж даже не кашляю!

Попав в больницу с обычной пневмонией, я не расстроилась. А чего переживать? Лежи с журналами, пей таблеточки… Через недельку домой. Настроение было хорошим. Но однажды я разговорилась с санитарочкой, и узнала, что некоторых из этой больницы отправляют на лечение в тубдиспансер. То, что на рентгене кажется пневмонией, иногда оказывается туберкулезом.


С того момента я потеряла покой. А вдруг «это» случится со мной? Туберкулез для меня тогда был чем-то далеким и ненастоящим. А через неделю папа забрал меня на машине — не домой. Мы ехали в тубдиспансер.

В пути я продумывала, как буду объяснять фтизиатру, что туберкулез — это не про меня. Я вешу 90 кг. Честно говоря, все время что-нибудь ем. И совсем не кашляю!

Озвучить свои аргументы я не успела. Фтизиатр посмотрела снимки и сказала, что если нет ни кашля, ни температуры, а изменения на снимках есть — это очень похоже на туберкулез.

Меня отправили в палату. И хотя до окончательного подтверждения диагноза еще надо было сдать кучу анализов, я себя уже «приговорила».

На следующее утро

На второй день я проснулась с тошнотой и головокружением. Было трудно сидеть, а тем более ходить. Переполняло чувство какого-то омерзения к себе, отстраненности от себя.

Меня вызвали сдавать кровь. Я с трудом вышла в коридор и пристроилась к небольшой очереди у процедурного кабинета. В глазах все крутилось, горло жгла подкатившая желчь.

Я решила, что скоро умру. Всерьез. То, что мне назначили обследования и лечение, посчитала пустой формальностью. Что это такой порядок — сначала лечат. Потом умираешь.

К кабинету подходили еще люди. Девушка с фиолетовыми волосами сразу подсела ко мне. Я отодвинулась подальше. Умирать я уже приготовилась, а вот бесстрастно сидеть рядом с «тубиками» еще не могла. Она это заметила, но спокойно спросила: «Ты новенькая?». Я кивнула.

Позже я сама научилась также «вычислять» новеньких в тубдиспансере. Даже когда уходила на процедуры в другие отделения, где никого не знала. Среди незнакомых людей всегда находила тех, кого только что оглушили такой новостью: по потерянному лицу, блестящим от слез глазам и болезненной брезгливости к окружающей обстановке.

Туберкулезные будни


И вот диагноз подтвержден. Меня ждет скорая смерть. Правда, до нее еще нужно дожить. Я стала искать, чем бы себя успокоить. Расспрашивала всех, сколько приходится лежать в диспансере.

Ответы были разные. Один лежит третий месяц, другой — третий год. Врач сказала, что стандартный срок — 60 дней. После этого делают снимок и либо переводят на амбулаторный этап, либо оставляют в больнице.

Первые дни тянулись страшно долго. Но через неделю стало полегче. Сначала физически. Лекарства работали! А их я принимала строго по назначению. В эффективность лечения я не верила, но действовала на автомате. Один за другим уходили симптомы: стало легко дышать, появились силы.

Но меня постоянно тошнило, а врачу я не жаловалась, на обходах говорила, что «все нормально». Умирание идет по плану. Так строптиво вела себя психика: недоверие, сопротивление, общая мрачность духа свойственны всем туберкулезным, особенно в первое время.

Ведь диагноз становится не просто известием о «страшной» болезни. Таких болезней много. Но туберкулез стигматизирован. Он воспринимается как «метка». Болеть стыдно, потому что им болеют «неприличные» люди. А страшно не только потому, что туберкулез трудно вылечить, но и потому, что многие не знают о его течении. Воображение рисует ужасы. Когда я начну кашлять кровью? Когда буду гнить заживо?


Про жизнь вне диспансера я в первые дни даже не думала. Считала, что все «за забором» больницы для меня потеряно. На работу меня больше не возьмут, замуж я не выйду.

Казалось, что даже если я выздоровею, все обязательно узнают о туберкулезе. И общаться со мной никто не будет.

О том, что меня постоянно рвет и я ничего не ем, врач узнала от моих соседок. Меня вызвали на осмотр, поставили какую-то капельницу. Со следующего дня изменили всю схему лечения. Я смогла есть, перестала шататься на ходу, а засыпая — слышать страшные гулкие звуки.

То, что я считала признаками агонии, оказалось не более чем побочкой от лекарств. Тошнота — спутник лечения туберкулеза, и она возвращалась еще не раз, но уже не с такой силой.

«Смотрите, у нас даже на лого кулак, дающий болезни в нос!»
Основатель и руководитель сообщества  «Туберкулез: поддержка и ответы», член координационного совета TBpeople Ксения Щенина: «Туберкулез коварен тем, что незаметен. И поэтому часто для людей оказывается сюрпризом, особенно если болезнь обнаружили в начале. И первые недели это действительно сложно принять.

знь больше не кажется надежной, человек растерян и подавлен, его одолевают страхи. Все это и десятки других причин на первых этапах лечения превращают тебя не в самого приятного человека для общения, но который остро нуждается в поддержке.
Больному туберкулезом важно, особенно в первое время, обсудить свое состояние с тем, кто сможет понять его страхи, любые «закидоны». И если ему поговорить не с кем, он может обратиться к нам. Для этого мы и создали наше сообщество. 
А если вы хотите бороться с туберкулезом в России и в мире, то присоединяйтесь к TBpeople — русскоговорящей сети людей, перенесших туберкулез. Смотрите, у нас даже на лого кулак, дающий болезни в нос. Вот с таким настроем и стоит лечиться».

Я попала «на зону!»

Еще один страх туберкулезника в диспансере — перед обстановкой. С советских времен «тубик» было синонимом «зэка».

«Новенькому» кажется, что он попал «на зону». Даже если вокруг нормальные люди, нужно время, чтобы это разглядеть.

Предвзятое сознание будет выделять то, с чем ожидает столкнуться — вот пациент, «синий» от наколок. А вот — хромая и чересчур худая женщина, все время с сигаретой. И пусть они ведут себя мирно, новичок их боится. Или боится стать похожим на них.

В нашем отделении были освободившиеся из МЛС. Чуть больше, чем в обычной больнице, но далеко не большинство. Были бездомные. Они выздоравливали быстрее всех, после голодной жизни оказавшись на усиленном «противотуберкулезном» питании.


Были в отделении единичные случаи драк, попоек, приездов полиции. Но все пьющие пациенты пили в своем кругу, буйные — дрались между собой. Почти не было и случаев воровства. Но это, согласитесь, бывает и в обычных больницах, и просто в плацкартных вагонах.

Другое дело, что такая «нормальность» в данном случае была обеспечена большими усилиями сотрудников. К примеру, медсестры по полночи уговаривали выпивающие компании разойтись по палатам, а в острых случаях проявляли строгость: вызывали милицию. В некоторых случаях достаточно было напомнить о такой возможности.

Евгений Барсучевский («Туберкулез: поддержка и ответы»)Во многих туберкулезные диспансерах есть практика, когда больных размещают по палатам, изучив их биографию. Со мной, например, не лежало ни единого человека с криминальной историей — большую часть периода, проведенного в больнице, моими соседями были водитель-дальнобойщик, инженер, офицер, маркетолог и учитель физики.

Со временем я поняла, что наше отделение в 60 человек можно сравнить с большой семьей. Люди находятся вместе несколько месяцев, круглосуточно, семь дней в неделю.

Среди нас были «родные» и «троюродные» — те, кто лежал в одной палате и в разных концах коридора. Кто вместе пил, и кто всей палатой учил английский.

Стоит ли говорить, что в чем-то отделение напоминало клуб знакомств: в закутке у туалета постоянно кто-нибудь целовался, а после выписки многие планировали свадьбу. Ну или развод — с «половиной», оставленной «на свободе».

«Анжелика, королева разбойников»
Ольга Литвинова 
(«Туберкулез: поддержка и ответы):
— Я — бывший сотрудник ГУ ФСИН по Волгоградской области. Долго работала в лечебном исправительном учреждении для туберкулезных больных. Поэтому, когда сама оказалась в больнице, меня узнали в лицо мои вчерашние «клиенты». Под палату мне выделили сестринскую, оставаться ночевать в больнице крайне не рекомендовали сами врачи. Было все: угрозы «пустить по кругу», убить, выкинуть со второго этажа.
Спустя два месяца медсестры стали в шутку называть меня Анжеликой, королевой разбойников. Я подружилась если не со всеми, то с большинством. Секретов тут никаких нет. Как и во время несения службы, так и вне, я оставалась человеком. В зоне я никому не делала зла, не наказывала, если того не требовал закон. Да, с бывшими осужденными необходимо сохранять бдительность. Как и на улице или в общественном транспорте.

Передумываю умирать

Умирать я передумала на третьей неделе лечения. К этому времени жизнь стала налаживаться. Все мои родные прошли обследование и оказались здоровы. Родители навещали меня каждый день. Пришел мой анализ мокроты, который показал, что уровень бактериовыделения у меня не опасен для окружающих (так называемая «закрытая», незаразная форма).

Я стала ездить домой на выходные. Отвезла на работу первый больничный лист. Большинство коллег к моей болезни отнеслись безо всякого «интереса».

Наливали мне чай в свои кружки. Ни сочувствия, ни страха, ни любопытства видимо никто не проявил. Кроме нескольких человек, с которыми мы почти перестали общаться. К счастью, это были не те люди, от которых что-то зависело.

Почему я заболела

Опасно ли работать в тубдиспансере

Фото с сайта cdm.me

Туберкулез — болезнь переутомления, морального и физического. Я же заболела на фоне благополучия, но именно в это время у меня были большие нагрузки. Все было интересно, все в радость — работа, друзья, поездки. Везде надо успеть, и я часто не успевала выспаться и пообедать. Как ни буднично это звучит, но именно снижение иммунитета плюс контакт с заболевшим в открытой форме может привести к заражению туберкулезом.

Татьяна Пьянзова, врач-фтизиатр, кандидат медицинских наук:
С туберкулезом обычно связано несколько распространенных заблуждений, например: «Туберкулезом болеют только социально неблагополучные лица». Да, эти люди наиболее подвержены риску развития заболевания в связи с ослабленным иммунитетом, обусловленным их образом жизни. Однако туберкулез – это инфекционное заболевание, а инфекции, как известно, могут поражать людей независимо от социального положения. Стрессы, хроническое недосыпание, нерегулярное и несбалансированное питание, а также некоторые хронические заболевания (сахарный диабет и др.) могут приводить к снижению защитных сил организма и, при встрече с инфекцией, пусть 10 лет лет назад, — к заболеванию туберкулезом.
Второй миф: «Если общаться с больным туберкулезом — обязательно заболеешь». Практически все взрослое население нашей страны «инфицировано» туберкулезом. Это значит, что палочка Коха – возбудитель туберкулеза, попадая в организм в детском возрасте, живет в нашей лимфатической системе и поддерживает противотуберкулезный иммунитет, который помогает не заболеть. Но при ослаблении защитных сил организма под воздействием различных факторов, точнее, их совокупности, дремлющая инфекция может начать размножаться.

После моего выздоровления прошло десять лет. Шесть лет назад меня сняли с диспансерного учета. В моем постоянном окружении до сих пор не все знают, чем я тогда переболела. Я не сказала самым близким подругам и кое-кому из родни. Ведь они очень похожи на меня. Близость туберкулеза шокирует их так же, как меня когда-то.

То, что я болела «закрытой» (незаразной) формой, избавило меня от мук выбора — предупреждать или нет? В каждом случае я решала это сама.

Вам полагаются ограничения

Опасно ли работать в тубдиспансере

Фото с сайта tuberkulez-lechenie.ru

Отчасти я все еще «в теме» — общаюсь с соседями по отделению и просто с коллегами по несчастью в интернете. И теперь понимаю, что мне в свое время во многом повезло. Повезло с контингентом и с дисциплиной в диспансере. Повезло с обеспечением больницы — питание у нас было действительно «высокобелковое», а лекарств всегда хватало.

Оказывается, так везет не всем. С лекарствами бывают перебои, а купить их самостоятельно трудно — они очень дорого стоят и продаются не везде.
Меня не выгнали из дома, мне оплатили больничный. А вот соседка по палате тайком бегала мыть полы в соседнем магазине — на основной работе тянули с пособием, нужно было платить за съемную комнату, чтобы куда-то вернуться из больницы. Кто-то лишился профессии.

Ольга Литвинова: Туберкулез и остаточные изменения после него накладывают ряд ограничений при дальнейшем трудоустройстве. Многое зависит от конкретной формы заболевания, сроков лечения, состояния больного, места работы, профессии. Это очень индивидуальный вопрос. Но, например, нельзя работать с детьми, с продуктами питания. В некоторых случаях можно получить инвалидность по социальным показаниям (утрате профессии), даже если в целом человек трудоспособен.

Страшный, но не самый страшный 

Среди «страшных» болезней туберкулез — не самая страшная. У него даже есть свои «плюсы».

Классический легочный туберкулез, которым болеет большинство, практически не снижает качество жизни в физическом смысле. Даже когда человеку удаляют легкое, он по-прежнему может ходить, видит и слышит.

Обычная бытовая травма может привести к более серьезным последствиям. От туберкулеза умирают, но все реже и реже. В моем отделении за четыре месяца не умер никто, а вот собирались умирать практически все — бросали или не сразу начинали пить таблетки — не верили в возможность вылечиться, сбегали из больницы: приходили домой, или скрывались где-нибудь в подвале. Или, наоборот, считали себя здоровыми: продолжали обычную жизнь, ставя под угрозу окружающих и губя свое здоровье.

Получается, сам туберкулез не так уж страшен. Страшным делаем его мы. Своей брезгливостью к больным. К себе, когда заболеваем сами.

Попытками сделать «хорошее лицо» и не ограничивать свой круг общения даже на первые недели болезни (тубдиспансеры сейчас так же открыты, как и обычные больницы). Отказом от лекарств, который приводит к появлению лекарственноустойчивых форм. Отказом от плановых обследований с мыслью о том, что туберкулезом болеют только «другие».

Иногда о болезни становится известно, когда вылечить ее очень трудно, а больной успел заразить своих родных. Если вы боитесь туберкулеза — начните уже сегодня делать его менее страшным. Например, сходите на флюорографию, перестаньте нервничать по пустякам. И настройтесь на то, что это излечимо.

Источник: www.miloserdie.ru

Опасно ли работать в тубдиспансере топ 100 блогов doktor_killer — 10.01.2016 Как я работала в тубдиспансере.
В конце 80х я перешла работать из реанимации в тубдиспансер (дурина). Мне тогда было 20 с небольшим. Повелась на чуть большую зарплату. Проработала я там недолго, но впечатлений осталось масса.

Городской противотуберкулезный диспансер в моем городе тогда был уже очень старым, довоенной постройки зданием. Высоченные потолки, огромные кабинеты, палаты на 20-30 коек. Точно уж не помню. Всего в стационаре было 3 палаты. 2 большие и одна женская на 5 человек.

В больших палатах лежали мужики. Почти все они были бывшими заключенными. Сложный народ, я их опасалась. При устройстве на работу со мной провели инструктаж. В палаты стараться не заходить, с больными поменьше разговаривать, не спорить, не уговаривать и пр.

В мои обязанности входило раскладывать таблетки, вести журналы, направлять назначенных больных на анализы , все как полагается. Работа была пустяковая, самое сложное — специфика контингента.

Иногда мужики отказывались от таблеток, а их обычно назначали чуть ли не горстями. Одно только — все требовали препараты кодеина. Наступали на главврача, бывало , угрожали, если кодеин не назначали в нужной им дозе. Самовольно уходили — приходили, вообще сбегали из больницы… Все было.
Зэки медперсоналу не грубили, если, конечно, их не задевали ( больных). Но вот был один мужик, с многочисленными отсидками, злой как сатана. Его боялись все. Хотя медсестры, врачи были с многолетним опытом, почти все пенсионного и пред пенсионного возраста. Этого козла особенно ненавидели медсестры. Оскорблял, посылал на х… в открытую прямым текстом не только сестер, но и врачей. Курил, пил в палате. Его выписывали, а через неделю — другую он опять поступал. Открытый туберкулез.

Я недолго там продержалась, нашла хорошую работу. И так однажды встретила медсестру с диспансера. Она вся светилась как от большого счастья. Оказалось, умер этот козлина.
А дело было так. Поздняя весна, день, почти весь персонал вышел на уборку территории. И тут прибегает взволнованная медсестра и кричит: «Нестеров умер!» Все окаменели, а когда дошло, побросали грабли, начали танцевать, кричать ура, ну, в общем, массовая эйфория. Еле успокоились.

Сама не знаю, зачем я это все написала… Но может кому то, не дай Бог, придется лежать в тубдиспансере, может пригодится, что и как там. Уверена, что контингент там так и остался каким был тогда.

Источник: yablor.ru

Пути передачи туберкулезных бактерий

заразиться в тубдиспансереСуществует несколько видов возбудителей туберкулеза. Для человека представляют опасность палочка Коха и БЦЖ (возбудитель заболевания у крупного рогатого скота). Они передаются, в основном, воздушно-капельным путем. Это происходит при общении, нахождении совместно с больным в закрытых непроветриваемых помещениях.

Помимо воздушно-капельного, существуют иные пути заражения палочкой Коха:

  • Контактно-бытовой. Такое заражение происходит в семьях, общежитиях, казармах, тюрьмах, при общем пользовании предметами обихода – посудой, книгами, домашними вещами.
  • Воздушно-пылевой. Сплюнутая на землю мокрота переноситься с пылью, вносится на обуви в дом, и способна спровоцировать заражение.
  • Заражение через кровь.
  • Половой путь. При половом контакте партнеры вдыхают воздух, выдыхаемый из легких друг у друга, происходит обмен слюной.
  • Молочные продукты. Возможно заражение при употреблении в пищу творога, сыра, молока, сметаны.
  • Домашние животные. Тесные контакты с домашними животными могут привести к заражению, если снижен иммунитет.

Как можно заразиться в тубдиспансере

В зоне риска дети

Дети рождаются стерильными и не обладают сформированным иммунитетом. Прививка БЦЖ предохранит ребенка от случайного инфицирования при контакте с больным открытой формой туберкулеза.

Уязвимы дети, родные которых больны туберкулезом. Совместное проживание с больным родственником повышает риск заболевания в разы. Если больна мать, уход за ребенком должен осуществляться с соблюдением гигиенических норм, обязательно ношение марлевой повязки, спать следует в разных комнатах.

Следует помнить: заразной является открытая форма заболевания, при которой происходит выделение болезнетворных бактерий. Лечение туберкулеза в открытой форме проводится в стационаре.

Важно! Защититься от туберкулеза, когда вокруг бушует эпидемия, не просто, но вполне возможно.

Детям проводят пробу Манту или Диаскинтест для определения инфицированности палочками Коха. Если реакция положительная, ребенку назначают дополнительное обследование. При необходимости после обследования назначают противотуберкулезные препараты, это поможет избежать развития заболевания.

С 15 лет в целях раннего выявления туберкулеза для проверки состояния легких пробу Манту заменяют флюорографией.

Грозит ли заразиться взрослому в тубдиспансере

Заражение туберкулезом происходит при длительных контактах с больным, у которого установлена активная форма заболевания. К 90% вероятности инфицирования приведут круглосуточное общение и совместное пребывание в течение двух месяцев или 7-8 часов (рабочий день) на продолжении полугода. При закрытой форме заболевания больной не представляет опасности для окружающих.

Подхватить туберкулез в тубдиспансере довольно затруднительно, особенно если его посещение носит эпизодический характер. Этому препятствуют профилактические меры:

  • Лица, находящиеся на лечении, изолированы от длительных контактов с посетителями.
  • В помещениях тубдиспансера проводятся регулярные уборки с дезинфицирующими средствами.
  • Все помещения обрабатывают кварцеванием.
  • Больные проходят лечение противотуберкулезными препаратами, что снижает риск заражения друг от друга. После лечения бациллы не передаются другим людям.

Поэтому не заразиться в тубдиспансере гораздо легче, чем в семье или коллективе, где присутствует больной человек.

Профилактические меры при посещении тубдиспансера

Уберечься от заражения при посещении тубдиспансера достаточно просто, нужно только выполнить несколько простых действий:

  • во время нахождения в тубдиспансере надеть марлевую повязку;
  • не трогать лишний раз окружающие предметы;
  • после посещения переодеться, одежду постирать;
  • вымыть руки и лицо горячей водой с мылом;
  • обработать подошву обуви дезинфицирующим раствором.

Врач-фтизиатр избежит заражения?

Пожалуй, кроме студентов-медиков, никто и не задумывается, опасно ли работать врачом в тубдиспансере.  Между тем, врач-фтизиатр – обычный смертный, и недоумения по поводу того, почему врачи тубдиспансера не заражаются туберкулезом, не имеют основания. Туберкулез – профессиональное заболевание медиков. Избежать его помогает правильная уборка и обработка ультрафиолетом помещений противотуберкулезного диспансера, и поддержание медиками собственного иммунитета: правильное питание с достаточным количеством жиров, белков и витаминов и, конечно, регулярные профилактические обследования.

Заболевание туберкулез  не выбирает жертв. Несмотря на то, что существует группы риска, оно касается каждого из нас. Внимательнее к здоровью следует относиться людям с ослабленным иммунитетом. Влияют на распространение болезни условия проживания. Темные, сырые и непроветриваемые помещения идеально подходят туберкулезной палочке.

При наличии непреходящего кашля, усталости, субфебрильной температуры, прочих симптомов туберкулеза, следует сразу же обратиться к врачу-фтизиатру.

Источник: stoptubik.ru


Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.