Рак гайморовой пазухи симптомы

Ведущие специалисты в области отоларингологии:

волковВолков Александр Григорьевич, Профессор, Доктор медицинских наук, Заведующий кафедрой оториноларингологии Ростовского государственного медицинского университета, Заслуженный врач РФ, I Действительный член Российской Академии Естествознания, Член Европейского общества ринологов.

Прочитать о докторе подробнее…

 

бойкоБойко Наталья Владимировна, Профессор, Доктор медицинских наук.

Прочитать о докторе подробнее…

 

 

 

 

 

золотоваЗолотова Татьяна Викторовна — профессор кафедры оториноларингологии Ростовского государственного медицинского университета, Доктор медицинских наук, Член-корреспондент РАЕ, Лучший изобретатель Дона (2003г.), Награждена: медалью В.

рнадского (2006г), Медалью А. Нобеля за заслуги в развитии изобретательства (2007г.).

Прочитать о докторе подробнее…

 

 

карюкКарюк Юрий Алексеевич — врач отоларинголог (ЛОР) высшей квалификационной категории, кандидат медицинских наук

Прочитать о докторе подробнее…

 

 

 

 

оксанаРедактор страницы: Крючкова Оксана Александровна.

 

 

 

 

 

Обрисованные выше рентгеновские симптомы злокачествен­ных опухолей гайморовой пазухи имеют различное диагностиче­ское значение. Объективно оцениваемая клиническая ценность каждого симптома определяется, как нам кажется, следующими его свойствами:


1)       характерностью, т. е. той частотой, с которой он встре­чается при опухолях пазухи;

2)       специфичностью, т. е. отсутствием или редкостью это­го симптома при неопухолевых заболеваниях;

3)       незаменимостью, т. е. тем, насколько представляемую им информацию трудно или нельзя получить иными методами клинического обследования, помимо рентгеновского.

Проведенное изучение больных с первичными злокачествен­ными опухолями гайморовой пазухи позволило охарактеризовать все симптомы по указанным трем критериям и оценить каждый — признак применительно к целям рентгеновского обследования.

Выявление опухоли

Для выявления опухоли используются все разобранные симп­томы, в первую очередь — затемнение пазухи. Как упоминалось выше, затемнение наблюдалось у всех 276 боль­ных, т. е. этот симптом оказывается в высокой степени харак­терным для опухолей. Весьма ценно также, что (при современ­ном состоянии отоларингологии, совершенно оставившей диафаноскопию) доказательство заполнения пазухи патологическим содержимым может быть получено только после рентгенологи­ческого обследования.

Однако клиническое значение симптома резко уменьшается его неспецифичностью. Как хорошо известно, затемнение гаймо­ровой пазухи появляется при многих заболеваниях, в том числе гораздо более частых, чем первичные рак или саркома [гаймо­рит (при выпоте), тотальный полипоз, мукоцеле, ретенционная киста (когда она заняла уже весь просвет пазухи), холестеотома, доброкачественные опухоли, прорастание в пазуху опухолей соседних органов и др.]. Несмотря на усилия прежних исследо­вателей и наши попытки, определить какие-либо особенности именно опухолевого затемнения пазухи не удается. Ни интен­сивность затемнения, ни односторонний характер не являются сколько-нибудь существенными доводами в пользу того, что его патологоанатомическим субстратом является злокачественная опухоль, а не другая ткань или жидкость.


Поэтому приходится считать, что рентгеновское обследова­ние во внутриполостной фазе развития первичного злокаче­ственного новообразования гайморовой пазухи (Т1), когда то­тальное интенсивное затемнение оказывается единственным рентгеновским симптомом, мало способствует установлению диаг­ноза. Негомогенное затемнение пазухи еще менее специфично. Оно наблюдается после вскрытия пазухи, за которым следует гистологическое исследование, обеспечивающее первичную диаг­ностику. Пока, при достигнутом уровне знаний, практически полезным оказывается чаще не сам симптом затемнения, а его отсутствие. Действительно, выявление полной воздухоносности пазухи нередко позволяет отвергнуть клиническое предположе­ние о внутриполостной фазе опухоли.

Таким образом, мы вынуждены подтвердить, что из-за поздней обращаемости больных и неспецифичности рентгеновской симп­томатики подлинно раннее выявление злокачественных опухо­лей гайморовых пазух пока недоступно, несмотря на использо­вание всех методов клинического обследования.

Наряду с этим коллективный опыт онкологов показывает, что распознавание осуществляется слишком поздно и в той фа­зе развития опухоли, в которой она уже вышла за пределы пазухи и распространилась на окружающие ткани. В это время наряду с затемнением появляются другие перечисленные в пре­дыдущем разделе симптомы опухоли. Поэтому пра­вильное применение рентгенологиче­ских методов способно реально уско­рить диагностику.


Говоря об ускорении распознавания, следует самым на­стойчивым образом подчеркнуть исключительно важное об­стоятельство: развернутое рентгенологическое изучение боль­ных, проводимое при уже высказанном подозрении на злокаче­ственное новообразование, является не первым рент­геновским обследованием, которому больные подвергаются в связи с данным заболеванием.

Подавляющее большинство, едва ли не все больные, еще до обращения в онкологические учреждения проходят рентге­новское обследование придаточных пазух носа, обычно с пред­положительным диагнозом гайморита или невралгии.

Как показывают анализ представляемых больными рентге­нограмм и данные производимого затем детального рентгенов­ского обследования, у значительного числа больных было возможно выявить опухоль именно при первом применении рентгенологическо­го метода.

В практике придаточные пазухи носа обследуются при по­мощи одной обзорной рентгенограммы. Как известно, она не­достаточна для уверенной и детальной диагностики даже вос­палительных поражений пазух. Необходимость повсеместного улучшения обследования давно всеми подчеркивается. Вместе с тем тщательный и умелый разбор обзорной рентгенограммы является очень важным именно с онкологических позиций, по­скольку квалифицированное ее изучение безусловно позволяет обнаружить или по крайней мере заподозрить злокачественное заболевание по части признаков из характерного для него син­дрома.


Как излагалось выше, постоянно обнаруживаемый при ново­образованиях симптом затемнения пазухи неспецифичен для них и используется только в совокупности с признаками распро­странения опухоли за пределы пазухи.

Попытка установить диагностическое значение разных приз­наков может быть начата с описанных нами симптомов, обуслов­ленных состоянием мягких тканей лица, — регионарного за­темнения и изменения сопровождающей тени, которые могут служить своеобразным сигналом о возможности первич­ного новообразования гайморовой пазухи, особенно если боль­ному больше 30—40 лет. Чтобы выяснить, насколько эти приз­наки характерны для злокачественных опухолей, была опреде­лена их частота. Регионарное затемнение наблюдалось у 215 больных из 276, т. е. в 78% (еще у 10 больных этот симптом был слабо выражен и не мог быть принят во внимание). Деформация, увеличение и уплотнение тени, сопровождающей нижнеглазнич­ный край, наблюдались у 126 больных, в том числе у 23 больных, у которых симптом регионарного затемнения отсутствовал или был слабо выражен. Таким образом, только у 38 больных (14%) не было никаких рентгенологических симптомов со сто­роны мягких тканей лица.


Специфичность обсуждаемых симптомов, взятых отдельно, невелика. Не требует разъяснений, что они будут наблюдаться при утолщении мягких тканей одной половины лица, вызванном любыми причинами — не только распространенными раком или саркомой гайморовой пазухи, но и опухолевыми и воспалитель­ными поражениями щеки, саркомой верхней челюсти, распро­страненным раком альвеолярного отростка, одонтогенными про­цессами, остеомиелитом верхней челюсти, поражениями скуловой кости и др. Следовательно, сами по себе симптомы регионар­ного затемнения и изменения сопровождающей тени, хотя и характерны для первичного новообразования пазухи, конечно, не являются специфичными, а тем более патогномоничными для последнего.

Однако следует подчеркнуть, что как регионарное затемне­ние, так и деформация сопровождающей тени практически при­

обретают немаловажное значение в совокупности с обя­зательным при раке гайморовой пазухи симптомом тотального ее затемнения.

В самом деле, при большинстве заболеваний мягких тканей лица, возникающих вне связи с пазухой, прозрачность послед­ней весьма редко оказывается интенсивно и диффузно понижен­ной. С другой стороны, при болезненных процессах, разыгры­вающихся внутри пазухи и дающих ее интенсивное и гомогенное затемнение, в большинстве случаев не будет изменений мягких тканей щеки, как, например, при неосложненном гайморите, мукоцеле, ретенционной кисте и пр., следовательно, диагности­чески наиболее полезно сочетание двух или трех указанных признаков.


Если на обзорной рентгенограмме придаточных пазух носа определяется не только тотальное, интенсивное и гомогенное затемнение гайморовой пазухи, но и симптом регионарного за­темнения или расширение сопровождающей тени, то независимо от предположительного диагноза, с которым направлен больной, возникает подозрение на опухолевое поражение.

В первую очередь в подобных случаях приходится детально изучить обзорную рентгенограмму с целью выявления возмож­ных разрушений костей. Затем немедленно, не дожидаясь допол­нительных указаний клиницистов, следует произвести разверну­тое исследование лицевого черепа. Результаты этого исследо­вания вместе с данными повторного ринологического осмотра, а иногда и срочной пункции или биопсии определят, подтверди­лось ли подозрение на рак, высказанное на основании симпто­мов-сигналов. В известном числе случаев тревога ока­жется напрасной, как это всегда имеет место при использова­нии симптомов отбора больных. Эти симптомы, вероятно, будут использованы и при проводимых уже попытках массовой флюорографии придаточных пазух носа.

Не имеющий отоларингологического опыта рентгенолог лег­че замечает регионарное затемнение и деформацию сопровож­дающей тени, чем небольшие разрушения костей, если они од­новременно существуют. Костная деструкция нередко будет замечаться именно потому, что обнаруженные на обзорной рент­генограмме признаки изменений мягких тканей заставят скру­пулезно и детально изучить состояние всех отделов верхней че­люсти.


Признаки разрушения костей имеют значительно большую диагностическую ценность, чем симптомы со стороны просвета пазухи и окружающих верхнюю челюсть мягких тканей.

Разбирая возможность выявления злокачественной опухоли гайморовой пазухи при первом же рентгенологическом обследо-

вании больных по производимому всеми носо-подбородочному снимку, следует указать, что только при его помощи костная деструкция была выявлена нами у 252 больных (91% наблюде­ний). Конечно, эти данные относятся ко всем наблюдениям, включая и долго протекавшие, и запущенные поражения. Од­нако существо дела не меняется, если обратиться к больным, об­следованным через сравнительно короткий промежуток времени после замеченного ими начала заболевания. Среди 58 больных, которые обследовались не более чем через 2 месяца после появ­ления субъективных симптомов, костные изменения на носо­подбородочном снимке имели 47. Были разрушены: нижнеглаз­ничный край — у 2 больных, передненаружная грань — у 16, верхняя стенка — у 5, два или более названных отдела у 24.

Эти данные позволяют, таким образом, отвергнуть некото­рый скептицизм ряда авторов, например, А. Ю. Депутовича, который пишет: «Разрушения верхней челюсти на заднеперед­них снимках вообще трудно различимы вследствие перекрыва­ния теней других костей». Правда, следует признать, что для выявления симптомов деструкции кости требуется детальный рентгеноанатомический разбор рентгенограмм, не всегда осу­ществляемый на практике, по-видимому, вследствие недостаточ­ного опыта рентгенологов и технических недостатков снимков.


Необходимость обосновывать и подчеркивать возможность распознать или по крайней мере заподозрить злокачественное по­ражение гайморовой пазухи уже по неполной информации, пре­доставляемой носо-подбородочным снимком (которым, как прави­ло, ограничивается первое рентгеновское исследование больных), зависит от практической важности этого. Мы позволим себе еще раз охарактеризовать фактически существующее положение:

а)  больные, опухоль которых уже распространилась за пре­делы пазухи, все же предъявляют столь неясные жалобы и обнаруживают столь нехарактерные объективные симптомы, что лечащие врачи (отоларингологи, стоматологи, невропатологи и др.) обычно еще не подозревают истинную природу страдания;

б)  все эти больные ввиду неясности клинической картины или вследствие подозрения на гайморит или невралгию направ­ляются на рентгеновское обследование;

в)  у большинства больных к этому времени имеются объективные рентгеновские симптомы наличия опухоли, которые можно об­наружить и по носо-подбородочной рентгенограмме.

Следовательно, рентгенологический метод может активней­шим образом участвовать в разрешении общеклинической за­дачи — выявлении неопластического поражения, если даже про­изведена только одна обзорная рентгенограмма придаточных пазух.

Разумеется, все изложенное ни в какой мере нельзя исполь­зовать как аргумент в пользу достаточности носо-под­бородочной рентгенограммы. Сколь бы полезной она иногда не оказывалась, при малейшем подозрении на злокачественную опу­холь совершенно необходимо описанное выше развернутое, де­тальное обследование больных, дающее несравненно больше данных о наличии и особенностях поражения.


Определение при полноценном рентгеновском обследовании состояния костей лицевого черепа и просветов соседних с гай­моровой пазухой органов либо подтверждает подозрение на опу­холь, либо помогает отбросить это предположение. Когда рак или саркома уже распознаны, такое обследование дает важней­шие данные для того, чтобы установить распространение ново­образования.

Выявление характерных разрушений костей при наличии признаков заполнения пазухи патологическим содержимым пред­ставляет собой почти всегда решающий довод за злокачествен­ность поражения. Правда, согласиться с утверждением некото­рых авторов, что разрушение костных стенок пазухи является патогномоничным для новообразований, трудно. Накопление опыта показало, что наблюдаются и доброкачественные пора­жения (кисты, остеобластокластомы, мягкие одонтомы и др.) рентгеновская картина которых иногда неотличима от рентге­новской картины при злокачественных опухолях именно в части разрушений челюсти. Вместе с тем, как общее, важное для практического врача, правило, костная деструкция действи­тельно имеет исключительное диагностическое значение преж­де всего ввиду характерности этого признака для злокачествен­ных опухолей ко времени развернутого рентгеновского обсле­дования.

Разрушения костей были обнаружены у подавляющего боль­шинства наблюдавшихся больных со злокачественными опухоля­ми, как следует из табл. 4. Приведенные в ней данные показы­вают, что активнее других опухолей разрушают кость саркомы. Однако, хотя обнаруженная разница в частотах разрушений при раке и саркоме оказалась статистически реальной (Е>=7±2,2%), она слишком мала, чтобы приобрести диагности­ческое значение.

Трудно судить, насколько обнаруженные данные соответ­ствуют наблюдениям других авторов, ввиду того что последние, неизменно указывая на «частое разрушение костей», не приво­дят конкретных цифр. Только у Хендрика (Hendrick) мы наш­ли указание, что при обследовании им 66 больных разрушения костей были выявлены у 50 (76%). Такая разница с нашими данными объяснима отчасти тем, что названный автор не поль­зовался томографией, а главное тем, что в его материал вклю­чены и опухоли полости носа.

Таблица 5

Частота разрушений различных отделов верхней челюсти
и других костей у больных первичными злокачественными опухолями гайморовой пазухи

Деструкция каждой из них переходит обычно на передненаружную грань тела верхней челюсти, что наблюдалось v 173 больных (62%).

Среди других костных поражений чаще встречаются разру­шения альвеолярного отростка верхней челюсти и скуловой ко­сти. Быть может, следует упомянуть, что при саркоме разруше­ние скуловой кости наблюдалось у 13 больных из 22, тогда как при раке — только в одной трети наблюдений.

Операционные находки и гистологическое исследование полу­ченного при операциях материала доказывают, что в подавляю­щем большинстве случаев рентгенологически определяемое и прогрессирующее исчезновение стенки пазухи или другого отде­ла верхней челюсти, скуловой кости и т. д. отражает действи­тельное разрушение костной ткани, а не потерю ею извести. По крайней мере нам ни разу не пришлось наблюдать обрат­ного. Однако, как показала работа В. Г. Гинзбурга, в некоторых случаях можно предположить и декальцинацию отдельных уча­стков костей, расположенных рядом с действительно разрушен­ными участками. К сожалению, пока никто не может предста­вить патоморфологических доказательств поэтому весьма ин­тересному вопросу.

Как указывалось, выше, положительные рентгеновские дан­ные, т. е. выявление деструкции костей, являются серьезным, обычно решающим доводом за злокачественность изучаемого за­болевания. Мы можем отметить, что рентгенологические методы дают достоверное определение деструкции — ни в одном наблю­дении оперативная проверка не обнаружила целости тех отде­лов верхней челюсти, разрушение которых было отмечено в рентгеновском протоколе.

Негативные же результаты обследования, т. е. отсутствие рентгеновских признаков вовлечения в процесс костей, не имеют такого серьезного диагностического значения, ибо, во- первых, злокачественная опухоль гайморовой пазухи может еще находиться в эндополостной фазе своего развития, во-вторых, возможно, что рентгеновскими методами не будут выявлены уже существующие разрушения костей, поскольку не все проявле­ния деструкции костной ткани определяются даже при широком применении вспомогательных методов обследования, стереорент­генографии и томографии. В нашем опыте это доказано тем, что у 3 больных при операции размеры деструкции оказались не­сколько большими, чем отмечалось в рентгенологическом прото­коле. Вовсе не была обнаружена имевшаяся в действительности деструкция у одного больного — было просмотрено разрушение медиальной стенки пазухи, что, быть может, зависело от техни­ческой невозможности использовать в этом наблюдении томо­графию.

Поэтому если подозревается первичная злокачественная опухоль гайморовой пазухи, а рентгеновское обследование не обнаружило деструкции костей, то следует считать, что оно не разрешило диагностических трудностей. Отсутствие разруше­ний костей через 2—3 месяца после замеченного начала заболе­вания указывает на малую вероятность первичной злокачествен­ной опухоли, но не позволяет отказаться от продолжения распо­знавания другими средствами. В подобных случаях приходится прибегать к диагностической пункции, биопсии или, что по понятным причинам менее желательно и фактически малоэф­фективно, к повторному обследованию через 10—15 дней.

Существенными для выявления первичной злокачественной опухоли гайморовой пазухи оказываются, как уже упоминалось, данные о просветах ближайших к ней органов верхних дыхатель­ных путей.

У 45% больных (126 из 276) можно было обнаружить затем­нение прилежащей к пораженной пазухе половины полости но­са, в силу чего этот признак следует считать довольно характер­ным для названных опухолей. Специфичность его также срав­нительно высока, поскольку подавляющее большинство воспа­лительных заболеваний и полипоз распространяются на обе половины носовой полости; однако общеизвестны и исключения из этого правила.

Клиническая ценность разбираемого рентгеновского при­знака в известной мере определяется и тем, что носовые раковины иногда затрудняют риноскопическое определение состояния наружной стенки полости носа и выявление про­растающей через нее опухоли.

Еще более серьезное диагностическое значение имеет рент­геновское выявление распространения, исследуемого болезнен­ного процесса на носоглотку. Признак этот специфичен, по­скольку другие, неопухолевые, поражения редко переходят на носоглотку, но мало характерен: только у 7% больных удает­ся достоверно доказать заполнение части просвета носоглотки проникшей туда опухолью. Заметим, что определить прораста­ние опухоли в носоглотку обычно удается и клиническими ме­тодами.

Очень часто при новообразованиях гайморовой пазухи об­наруживается затемнение расположенной с той же стороны решетчатой пазухи. Так, у 179 больных эта пазуха была затем­нена гомогенно, у 53 затемнение было частичным и только у 44 больных (16%) она осталась воздухоносной (табл. 6). Следует подчеркнуть значительные трудности определения истинной причины такого затемнения. Оно, как доказывают операционные

Таблица 6

Частота затемнений придаточных пазух у 276 больных
первичными злокачественными опухолями гайморовых пазух

находки, безусловно может возникать вследствие распростра­нения опухоли на решетчатый лабиринт. Однако то или иное, нередко гомогенное интенсивное затемнение решетчатой пазухи может иметь и другое объяснение. Новообразование часто про­растает только в средний носовой ход. Вследствие этого преры­вается отток из передних и средних клеток решетчатой пазухи, наступает застой секрета, а затем развиваются воспалительные осложнения. Последние, по-видимому, часто сопровождают опу­холевые поражения гайморовой полости. Как показывает табл. 6, затемнения придаточных пазух носа часто наблюдаются и на непораженной стороне, что вполне естественно для людей того возраста, в котором обычно возникает рак.

Зависимость затемнения решетчатого лабиринта от распро­странения опухоли может быть распознана по разрушению его костных перегородок, определяемому главным образом с по­мощью томографии. Воспалительное происхождение затемнения выясняется во время и после лучевого лечения по просветлению решетчатого лабиринта. С диагностической точки зрения прозрач­ность решетчатой пазухи на стороне подозреваемого поражения скорее свидетельствует против наличия злокачественной опу­холи гайморовой пазухи, что, однако, не оправдывается почти у одной шестой всех больных.

Из всего изложенного о различных симптомах, их частоте и надежности следует, что рентгеновское обследование больных представляет большие возможности для выявления клинически предположенной, а иногда даже не подозреваемой злокачествен­ной опухоли гайморовой пазухи. Литературные данные и наш

собственный опыт показывают, что рентгеновские симптомы чаще только подтверждают уже установленный клинический диагноз, поскольку многие больные обращаются за помощью уже при далеко зашедшем страдании. Реже эти симптомы прев­ратят подозрения в уверенность. Особенно существенно, что это относится к больным, болезнь которых еще не запущена и на­дежда на успех лечения остается высокой. Наконец, в ряде слу­чаев, рентгеновское обследование неожиданно раскроет злока­чественную природу неясного поражения, ибо нет сомнения в том, что, начиная с определенной стадии развития рака или сар­комы гайморовой пазухи, эти заболевания могут быть выявлены рентгеновским методом раньше, чем клиническими средствами.

Мы позволим себе привести пример этому.

Больная К-ва, 75 лет. В течение 2 месяцев головные боли, как буд­то исходящие из области правой верхней челюсти. Подвергалась по по­воду невралгии лечению, безуспешность которого вызвала направление больной в Государственный онкологический институт для консультации.

При первичном осмотре в институте предположение об опухоли бы­ло отвергнуто и диагноз колебался между невралгией и гайморитом.

Рентгеновское обследование показало: гомогенное интенсивное за­темнение правой гайморовой пазухи; разрушение среднего отдела пере­дненаружной грани правой верхней челюсти и задненижних отделов на­ружной стенки пазухи; небольшую деструкцию верхней стенки (видимая только на томограмме высотой 3 см). Имеется также утолщение сли­зистой решетчатого лабиринта. Заключение: первичная злокачест­венная опухоль гайморовой пазухи.

Последовавший за этим консилиум высококвалифицированных отоларингологов снова не обнаружил признаков новообразования. Все же на основании рентгеновских данных было начато облучение больной на установке ГУТ-400.

В дальнейшем была проведена пункция гайморовой пазухи. Среди элементов периферической крови было обнаружено небольшое число рез­ко полиморфных атипических эпителиальных клеток, располагающихся разрозненно и в виде небольших групп (по 3 клетки). Форма клеток не­правильная. Ядра крупные, резко полиморфные, гиперхромные, с гипер­трофированными нуклеолами. Сеть хроматина грубая. Протоплазма обиль­ная, базофильная. Заключение: описанные клеточные элементы принадлежат злокачественному новообразованию (раку).

Непосредственный эффект лучевой терапии (5600 чг) был благоприя­тен. Больная отказалась от резекции челюсти и погибла через год при явлениях большого местного распространения опухоли.

Роль, которую играет рентгеновское обследование в первич­ном распознавании, зависит, естественно, от квалификации и онкологической настороженности клиницистов, направляющих больных в рентгеновские отделения. Чем выше диагностическое мастерство отоларингологов, имеющих специальный опыт, тем чаще больные будут присылаться с уже обоснованным подозре­нием на злокачественную опухоль. В обычных же условиях рентгеновские данные в гораздо большем числе случаев окажут­ся основой для распознавания, которое будет затем поддержано и другими методами.

Определение распространения опухоли

Эта задача рентгеновского обследования часто является самой важной, особенно в специализированных учреждениях, куда больные поступают с уже заподозренной или даже распоз­нанной опухолью.

По существу, произведенный выше подробный разбор раз­личных симптомов опухоли показал, что каждый из них (за исключением затемнения самой пораженной пазухи) служит не только для обнаружения опухоли, но и для установления ее границ. Нарушения воздушности просветов окружающих пазуху полых органов, изменения мягких тканей и особенно разруше­ния костей определяют, как далеко успело распространиться злокачественное новообразование.

Важно подчеркнуть, что данные о распространении злока­чественной опухоли, выявляемые при рентгеновском обследо­вании больного, чаще всего невозможно получить с помощью других клинических методов.

 

Источник: lor-ro.ru

Общая симптоматика

Злокачественная опухоль гайморовой пазухи – коварное заболевание: его нельзя заметить визуально, злокачественное новообразование не прощупывается при пальпации из-за анатомических особенностей расположения гайморовых пазух. Первые симптомы очень схожи с обыкновенным насморком, но существуют некоторые отличия, заметив которые, необходимо срочно обратиться за консультацией врача.

Симптоматика рака.

Ниже приведены признаки, которые являются подозрительными на наличие опухоли в гайморовой пазухе.

  1. Хроническое течение воспалительных процессов в околоносовых пазухах.
  2. Периодическое выделение из носа серо-зеленой слизи с неприятным запахом.
  3. Насморк с кровяными сгустками в выделяемом секрете в утренние часы.
  4. Неоднократные носовые кровотечения.
  5. Интенсивная боль в голове, чаще возникающая в ночное время.
  6. Повторяющиеся приступы невралгии лицевого нерва.
  7. Потеря обоняния и затрудненное носовое дыхание, заложенность в одном носовом ходу.
  8. Стремительное падение остроты зрения.
  9. Беспричинная потеря веса.
  10. Нарушение аппетита, отвращение к мясным блюдам.
  11. Снижение иммунных сил организма, частые простудные заболевания.
  12. Понижение и повышение температуры тела, ухудшение общего стояния.
  13. Отечные проявления на лице, чаще в области под глазами.
  14. Изъязвления слизистой оболочки полости носа.
  15. Увеличение шейной группы лимфатических узлов.

Общие симптомы могут появиться отдельно или в комплексе.

Локализация опухоли

Рак гайморовой пазухи может иметь разное расположение в пазухе, от  чего зависит наличие специфических симптомов. Доказано, что опухолевые разрастания, появившиеся в передненижней части верхнечелюстной пазухи не так опасны, как заднверхняя локализация.

Раковые клетки появляются из эпителия слизистой оболочки гайморовой пазухи; если опухоль прогрессирует — она начинает прорастать за пределы гайморовой пазухи. При задней локализации рак распространяется через соустье между полостью пазухи и средним носовым ходом непосредственно в полость носа. Образование имеет рыхлую структуру с близко расположенными слабыми кровеносными сосудами, которые повреждаются от простого прикосновения. Поэтому у больного часто возникают носовые кровотечения или следы крови при высмаркивании.

Кровь из носа.

Далее рост опухолевых клеток простирается в решетчатый лабиринт, в котором есть слабая часть – сетевидные отверстия. Через эти отверстия новообразование может легко проникнуть в переднюю черепную ямку. В зависимости от пораженных участков будет возникать различная симптоматика.

Если рак располагается в верхней части пазухи — есть риск прорастания опухоли в глазницу, постепенно достигая глазного яблока. При этом происходит поражение зрительного нерва, вызывая невралгические нарушения. Зрительный нерв со временем атрофируется, и постепенно наступает его паралич. Человек замечает, что у него резко начинает ухудшаться зрение, и глазное яблоко с пораженной стороны начинает выпячиваться. Специфическим признаком опухоли в глазнице является появление сильнейших головных болей в вечернее и ночное время.

Если новообразования появились в верхней части пазухи, то идет распространение также в твердое небо. В этом случае пораженная область неба становится мягкой, также поражается верхнечелюстной зубной ряд. Больного мучают болезненные ощущения в зубах, позднее они расшатываются и выпадают. В дальнейшем лицо может становиться ассиметричным из-за отечности. Процесс распространяется на щеки, поражая мягкие ткани.

Если опухоль устремляется в крылонебную ямку — подвергается поражению верхнечелюстной нерв. Человек испытывает интенсивные невралгии, а также у него пропадает чувствительность верхней губы и поверхности щек.

При появлении раковой опухоли в передненижневнутренннем сегменте верхнечелюстной пазухи нарушается носовое дыхание и обоняние в одной ноздре. Из носа выделяется слизь с гноем или кровяными прожилками. При несвоевременном лечении опухоль распространяется на твердое небо и альвеолярный отросток верхней челюсти, постепенно достигая мягких тканей щек.

Опухоль верхнезадневнутренного сегмента характеризуется отсутствием носового дыхания со зловонным гнойным отделяемым и небольшими кровотечениями. В дальнейшем рак может дойти до глазницы, выдавливая глазное яблоко из орбиты.

Прорастает в глазницу.

Поражение верхнезадненаружнего сегмента затрагивает тройничный нерв, вызывая боли и деформацию половины лица. Если патологический процесс достигает жевательных мышц, человек не сможет широко открыть рот, наступает ограниченность движения в области височнонижнечелюстного сутстава.

Локализация в передненижненаружнем сегменте приводит к болезненным ощущениям, выпадению зубов и контрактуре жевательных мышц.

Причины появления опухоли

До сих пор до конца не выяснено, какие факторы должны воздействовать на живую, нормальную клетку, чтобы она переродилась в чужеродную опухоль. Одни и те же причины у одних людей могут способствовать появлению рака, а другие живут в тех же условиях и остаются абсолютно здоровыми.

Провоцирующие факторы.

  1. На первом месте остается наследственная предрасположенность больного. Насторожить должно наличие подобного заболевания у родственников предыдущих поколений.
  2. Увлечение курением табачной продукции.
  3. Профессиональная деятельность, связанная с воздействием вредной пыли или химических веществ на слизистую носа:
  • мелкая древесная пыль на производстве, занимающемся обработкой дерева;
  • деятельность, связанная с контактом с лакокрасочной продукцией, клеем;
  • металлургические комбинаты;
  • химическая промышленность.
  1. Полипозные образования в носу.
  2. Хронические воспалительные заболевания: синуситы, стоматиты.
  3. Разрастания на коже: папилломы, родинки.

Методы диагностики

Рак гайморовой пазухи характеризуется бессимптомным началом. На ранних стадиях чужеродное образование может маскироваться под хронический ринит. Человек долгое время может даже не подозревать о наличии у себя онкологической патологии, только диагностические мероприятия помогают распознать рак. Чем раньше больному поставят правильный диагноз, тем больше шансов у него на выздоровление.

Физикальное обследование.

Диагноз может поставить только квалифицированный доктор после комплекса исследований.

  1. На первой консультации оториноларинголог проводит осмотр и расспрашивает больного:
  • сбор жалоб, беспокоящих пациента в данный период;
  • сбора анамнеза (в частности: профессиональные вредности, вредные привычки, наследственная предрасположенность к злокачественным новообразованиям);
  • детальный осмотр носовых ходов;
  • пальпация области гайморовых пазух;
  • назначаются лабораторные исследования крови и мочи.
  1. Следующим этапом диагностики будет рентгенография придаточных пазух носа, обязательно в разных проекциях.
  2. Обследование с помощью зонда или эндоскопа для взятия тканей на цитологическое исследование.
  3. КТ и МРТ.
  4. Взятие биоматериала на биопсию.
  5. При подозрении онкологом на образование метастазов проводят ультразвуковое исследование органов брюшной полости и рентгенографию органов грудной клетки пациента.

При затруднении в постановке диагноза важную роль может сыграть гайморотомия одновременно с биопсией.

Только после получения результатов всех диагностических мероприятий врач сможет поставить диагноз. От того насколько правильно поставлен диагноз зависит эффективность лечения, а иногда и жизнь онкобольного.

Стадии рака

При постановке диагноза, в зависимости от размеров опухоли и наличия метастазов, онкологи различают несколько стадий рака.

Рак второй стадии.

  1. Нулевой стадией принято называть новообразование в гайморовой пазухе маленьких размеров, которое расположено исключительно в полости пазухи. Такая опухоль не затрагивает близлежащие ткани, легко поддается хирургическому лечению, которое приводит к полному выздоровлению. Из-за отсутствия симптомов и сложностей диагностики — на ранних стадиях обнаружить нулевую стадию рака почти невозможно.
  2. При первой стадии чужеродные клетки поражают слизистую верхнечелюстной пазухи, опухоль не выходит за пределы полости. Она имеет четкие границы, не распространяется на хрящевую и костную ткань.
  3. Вторая стадия подразумевает активное проникновение опухолевых клеток в твердое небо, кости носа, но без проникновения в черепную коробку.
  4. Третьей стадией называется обширное опухолевое образование, которое распространилось:
    • в область глазницы, поражая зрительный нерв и глазное яблоко;
    • на заднюю костную стенку гайморовой пазухи;
    • на костную ткань основания черепа;
    • в решетчатый лабиринт. Характерным симптомом данной стадии являются одиночные увеличенные шейные лимфатические узлы. Величина лимфоузла может достигать 30 мм.
  1. Четвертая стадия рака является последней и делится еще на 3 стадии:
  • А: опухолевые клетки обнаруживаются в мягких тканях, решетчатом лабиринте, в костях основания черепа и в тканях орбиты. Лимфатическая система начинает активно реагировать на патологию, проявляется это состояние увеличением шейных лимфоузлов от 3 до 6 см;
  • В: рак продолжает поражать более отдаленные области: передняя и средняя черепные ямки, ткани головного мозга, лицевые нервы, кости основания черепа, верхние отделы глотки. Лимфатические узлы становятся огромными – более 60 мм;
  • С: при последней стадии метастазы распространены по всему организму больного. Такое запущенное состояние имеет неблагоприятный прогноз.

Прогноз при обнаружении злокачественного новообразования

Современная медицина довольно успешно научилась бороться с онкологией. Необходимое оборудование постоянно совершенствуется, появляются новые методики лечения. Благоприятность прогноза при раке гайморовой пазухи напрямую зависит от правильной ранней диагностики. Упущенное время грозит пациенту смертельным исходом.

Первую и вторую стадии рака можно излечить полностью. Человек становится здоровым, избавляется от опухоли, качество его жизни остается прежним.

Третья стадия поддается эффективному лечению, при возможности удалить все переродившиеся клетки хирургическим методом. В комплексе с другими методами лечения больного можно вылечить.

Шансы на выздоровление.

Четвертая стадия – очень коварное состояние. Статус излечения может получить ничтожный процент от всех больных. Победить смертельную болезнь удается только при стечении всех благоприятных факторов.

Кроме степени тяжести эффективность лечения зависит от общего состояние больного. Важную роль играют:

  • возраст больного: у молодого организма больше сил и жизненной энергии;
  • состояние иммунной системы;
  • психологический настрой: подавленное состояние не способствует оздоравливающим процессам;
  • строгое соблюдение рекомендаций доктора.

Еще одним важным условием для успешной терапии является выбор опытного врача, который безошибочно определит разновидность патологии и назначит правильное лечение. Помимо профессиональной квалификации, доктор должен уметь вселить надежду в больного на выздоровление, создать правильный психологический настрой.

Дополнительно к медикаментозному лечению и терапевтическим процедурам требуется соблюдение специальной диеты, чтобы победить рак.

Методы лечения

Лечение опухолей гайморовых пазух всегда имеет комплексный характер. В зависимости от стадии и локализации онколог принимает решение о необходимых процедурах.

В любом случае хирургическое лечение всегда сочетается с лучевой терапией.

Лучевая терапия.

Если опухоль имеет четкие границы, находится в начальных стадиях роста и не осложнена метастазами — хирургическое иссечение будет очень продуктивным.

Начальным этапом подготовки пациента к оперативному вмешательству является лечение с помощью гамма-лучей. Доза облучения составляет 40 Гр. Ориентируясь на локализацию рака, гамматерапию проводят в разных проекциях, воздействуя на патологию со всех сторон. Терапевтическому облучению подвергается не только очаг новообразования, но и затылочные лимфоузлы, а при 3 и 4 стадиях – лимфоузлы нижней челюсти и вся шейная группа. Спустя месяц возможно проведение хирургической операции.

Злокачественная опухоль гайморовой пазухи приводит к удалению верхней челюсти, вплоть до костей черепа. Операция предполагает иссечение всех пораженных тканей, в том числе костной и хрящевой, что деформирует лицо человека, вызывая уродства. Поэтому онкологи предупреждают о последствиях и необходимости протезирования лицевых костей.

Если врачи не смогли удалить все фрагменты новообразования или успех хирургического метода находится под сомнением — проводится послеоперационная лучевая терапия.

На последних стадиях рака, с прорастанием опухоли в другие органы и ткани организма, лечение с помощью гамма-лучей назначают в дозировке 70 Гр с постепенным снижением до 50 Гр. Количество сеансов и длительность промежутков времени между ними определяет лечащий врач.

При химиотерапии лекарственное действие специальных химических соединений направлено на распознавание и уничтожение опухолевых клеток. Такой способ применяется в комплексе с лучевой терапией.

Лечение рака.

После терапии доктор назначает ряд анализов, подтверждающих выздоровление, и больной находится под диспансерным наблюдением ближайшие 5 лет, чтобы исключить рецидив. Повторное появление опухоли чаще встречается в первый год после окончания лечения. Если у больного 5 лет наблюдается стабильное состояние, без повторного образования злокачественных клеток — пациент считается здоровым.

Профилактика опухоли гайморовой пазухи

  1. При появлении ринита или других воспалительных заболеваний придаточных пазух носа — проводить соответствующее лечение. При затяжном процессе всегда обращаться за консультацией ко врачу.
  2. Наличие подозрительных симптомов, указывающих на возможное образование раковых клеток в гайморовой пазухе, является прямым поводом для проведения диагностических мероприятий.
  3. Отказ от курения.
  4. Смена условий трудовой деятельности на благоприятную экологическую обстановку.
  5. Своевременное лечение хронических заболеваний носа.
  6. Наблюдение у оториноларинголога при наличии полипов, аденоидов, папиллом в носовых ходах.
  7. При наследственной предрасположенности полезны периодические профилактические медосмотры.

Источник: gaimorit.guru

  1. Периодические протоколы диагностики и лечения злокачественных новообразований у взрослых МЗ РК (Приказ №883 от 25.12.2012)
    1. 1. NCCN Clinical Practice Guidelines in Oncology: head and neck. Available at Accessed March 28, 2011. 2. Bonner JA, Harari PM, Giralt J, et al. Cetuximab prolongs survival in patients with locoregionally advanced squamous cell carcinoma of head and neck: A phase III study of high dose radiation therapy with or without cetuximab (abstract). ASCO Annual Meeting Proceedings (post-meeting edition). J Clin Oncol 2004;22:5507. 3. Sasaki M, Eida S, Sumi M, Nakamura T. Apparent diffusion coefficient mapping for sinonasal diseases: differentiation of benign and malignant lesions. AJNR Am J Neuroradiol. Jun 2011;32(6):1100-6. 4. Shojaku H, Fujisaka M, Yasumura S, et al. Positron emission tomography for predicting malignancy of sinonasal inverted papilloma. Clin Nucl Med. Apr 2007;32(4):275-8. 5. Nasal cavity and paranasal sinuses. In: American Joint Committee on Cancer: AJCC Cancer Staging Manual. 6 th ed. Springer; 2002:59-67. 6. Shojaku H, Fujisaka M, Yasumura S, Ishida M, Tsubota M, Nishida H. Positron emission tomography for predicting malignancy of sinonasal inverted papilloma. Clin Nucl Med. Apr 2007;32(4):275-8. 7. Medina JE, Ferlito A, Pellitteri PK, et al. Current management of mucosal melanoma of the head and neck. J Surg Oncol. Jun 2003;83(2):116-22. 8. Andrades P, Militsakh O, Hanasono MM, Rieger J, Rosenthal EL. Current strategies in reconstruction of maxillectomy defects. Arch Otolaryngol Head Neck Surg. Aug 2011;137(8):806-12. 9. Greene FL, Page DL, Fleming ID et al (eds). AJCC Cancer Staging Manual, Sixth Edition Springer-Verlag: New York 2002. 10. Colasanto JM, Prasad P, Nash MA, et al. Nutritional support of patients undergoing radiation therapy for head and neck cancer. Oncology 2005;19:371-382 11. Piccirillo JF, Lacy PD, Basu A, et al. Development of a new head and neck cancerspecific comorbidity index. Arch Otolaryngol Head Neck Surg 2002;128:1172-1179. 12. Hall SF, Groome PA, Rothwell D. The impact of comorbidity on the survival of patients with squamous cell carcinoma of the head and neck. Head Neck 2000;22:317-322. 13. de Graeff A, de Leeuw JR, Ros WJ, et al. Pretreatment factors predicting quality of life after treatment for head and neck cancer. Head Neck 2000;22:398-407 14. Piccirillo JF, Costas I, Claybour P, et al. The measurement of comorbidity by cancer registries. J Reg Management 2003;30:8-14. 35. Johnson JT, Barnes EL, Myers EN, et al. The extracapsular spread of tumors in cervical node metastasis. Arch Otolaryngol Head Neck Surg 1981;107:725-729. 15. Horiot JC. [Controlled clinical trials of hyperfractionated and accelerated radiotherapy in otorhinolaryngologic cancers] [Article in French]. Bull Acad Natl Med 1998;182:1247-1260; discussion 1261.]. 16. Mittal BB, Kepka A, Mahadevan A, et al. Tissue/Dose Compensation to reduce toxicity from combined radiation and chemotherapy for advanced Head and Neck Cancers. Int J Cancer (Radiat Oncol Invest) 2001;96:61-70. 17. Teh BS, Mai WY, Grant WH 3rd, et al. Intensity modulated radiotherapy (IMRT) decreases treatment-related morbidity and potentially enhances tumor control. Cancer Invest 2002;20:437-451. 18. De Neve W, Duthoy W, Boterberg T, et al. Intensity Modulated Radiation Therapy: Results in Head and Neck cancer and Improvements ahead of us. Int J Radiat Oncol Biol Phys 2003;55:460. 19. Bernier J, Domenge C, Ozsahin M, et al. Postoperative irradiation with or without concomitant chemotherapy for locally advanced head and neck cancer. N Engl J Med 2004;350:1945-1952. 20. Cooper JS, Pajak TF, Forastiere AA, et al. Postoperative concurrent radiotherapy and chemotherapy for high-risk squamous-cell carcinoma of the head and neck. N Engl J Med 2004;350:1937-1944. 21. Bernier J, Cooper JS, Pajak TF, et al. Defining risk levels in locally advanced head and neck cancers: A comparative analysis of concurrent postoperative radiation plus chemotherapy trials of the EORTC (#22931) and RTOG (# 9501). Head Neck 2005;27:843-850. 22. Vokes EE, Stenson K, Rosen FR, et al. Weekly carboplatin and paclitaxel followed by concomitant paclitaxel, fluorouracil, and hydroxyurea chemoradiotherapy: curative and organpreserving therapy for advanced head and neck cancer. J Clin Oncol 2003;21:320-326. 23. Hitt R, Grau J, Lopez-Pousa A, et al. Phase II/III trial of induction chemotherapy (ICT) with cisplatin/5-fluorouracil (PF) vs. docetaxel (T) plus PF (TPF) followed by chemoradiotherapy (CRT) vs. CRT for unresectable locally advanced head and neck cancer (LAHNC) (abstract). ASCO Annual Meeting Proceedings (post-meeting edition).J Clin Oncol 2005;23:5578. 24. Schrijvers D, Van Herpen C, Kerger J, et al. Docetaxel, cisplatin and 5-fluorouracil in patients with locally advanced unresectableor head and neck cancer: a phase I-II feasibility study. Ann Oncol 2004;15:638-645. 25. Wee J, Tan EH, Tai BC, et al. Randomized trial of radiotherapy versus concurrent chemoradiotherapy followed by adjuvant chemotherapy in patients with American Joint Committee on Cancer/International Union Against Cancer Stage III and IV nasopharyngeal cancer of the endemic variety. J Clin Oncol 2005;23:6730-6738.

Источник: diseases.medelement.com


Leave a Comment

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.